Человек умирает от голода, и эти простые слова ни для кого не являются секретом. Но человек умирает и от обжорства, а об этом извращении уже знает не каждый. Лесков в повести «Смех и горе» описывает случаи смерти крестьян на строительстве железной дороги от объедения. Кормили их на этой тяжелой работе хорошо, так, как они в своих семьях есть не привыкли. Вот народ и стал от неумения с пищей обращаться ноги вытягивать.
«С месяц тому назад сразу шесть вытянулись: два брата как друг против друга сидели, евши кашу, так оба и покатились. Вскрывал их фельдшер: в желудке каша, в пищеводе каша, в глотке каша и во рту каша; а остальные, которые переносят, жалуются: «Мы, бают, твоя милость, с сытости стали падать, работать не можем»
— Ну, и чем же вы им помогли? Любопытно знать.
— Велел их вполобеда отгонять от котла палками. Подрядчик этого не смел; но они сами из себя трех разгонщиков выбрали, и смертность уменьшилась» (глава шестидесятая).
То, что было в девятнадцатом веке с едой, теперь происходит с информацией. «Вскрой» современного человека, и точно найдешь его набитым «информационной кашей». Чужие мысли, не переваренные мнения, обрывки фраз, слухов, мелодий и впечатлений. Одним словом: «в желудке каша, в пищеводе каша, в глотке каша и во рту каша». И ничего серьезного, глубокого, выстраданного. Лишь только человек, переживший боль, имеющий опыт страданий, поражений, борьбы, способен отшелушить от себя все наносное, случайное и смотреть на мир умным и неторопливым взором. Воистину, поневоле согласишься с тяжелой мыслью о том, что если бы не страдания, остался бы человек дурак дураком и был бы вовсе бесполезен.
Но все это касается взрослых. А дети? Не ждать же нам, когда они поумнеют через беду? Да и несносно родительскому сердцу думать, что иначе как через боль дети его ума не наберутся. Тогда нужно постараться дать человеку ориентиры и критерии.
По сути это то, о чем писал Маяковский в своем «советском Добротолюбии» — «Что такое хорошо и что такое плохо». Там он дает устами папы маленькому человеку простейшие и твердые нравственные ориентиры. Нам предстоит подумать, как такие ориентиры дать в отношении мысленной пищи, то есть искусства и всякой иной информации.
Человеческий мир — это мир нравственных и эстетических оценок. Как стыдно человеку жевать из корыта месиво, приготовленное для скота, так же должно быть стыдно некритично и без разбору относиться к книгам, музыке, моде, новостям.
И тут на память приходит прозорливый совет некоторых Оптинских старцев относительно воспитания детей. Совет заключался в том, что надо ребенку привить хороший вкус к литературе, живописи и музыке. Иначе, дескать, скоро под именем искусства человеку такую гадость предложат, что он ею отравится, если внутрь примет.
Слова эти исполнились в точности. Под именем искусства человеку уже очень давно предлагают истинную отраву. И противоядие должно заключаться в попытке привития молодой душе хорошего вкуса, так чтобы его воротило и гнало прочь с отвращением от бесовской эстетики и плоских подделок под гениальность.
Наши помощники – музеи и театры, выставки и концерты, классика литературы и классика кинематографа. Это наши друзья. Поскольку и так люди будут смотреть и слушать, будут впитывать душой немереные гигабайты информации, нужно постараться выстроить внутри души человеческой защитные стены хорошего вкуса, сложенные из точно подобранных блоков и камней настоящих произведений литературы и искусства.
Самое время перейти к именам и произведениям. Но то дело вкуса воспитателей и учителей. Сокровищ накоплено столько, что всем овладеть не сможет самый титанический ум. Советы и рецепты, имена авторов и произведений могут и должны быть разными. Но принцип должен соблюстись: прививать вкус к хорошему и красивому через произведения, прошедшие испытание временем, доказавшие таким образом свою вневременную ценность. И так спасаться от объедения пошлостью.
Кстати, слышал однажды, что специалистов по отличению поддельных банкнот от настоящих в Штатах когда-то учили так. Им не совали под нос сотни разных подделок, но учили хорошо распознавать настоящую купюру: на хруст, на ощупь, на плотность бумаги, на просвечивание. Словом, на сотни разных характеристик. А уже потом давали подделки и просили определить, что не так. Примерно в том же ключе стоит поступать и нам: знакомить молодого человека с вечными образцами, чтобы затем он отличал пошлые подделки и уходил от них.
Мы не спасем ничьи уши и глаза, в том числе и свои собственные, от потоков информационного мусора. Но мы обязаны помочь человеку воспитать вкус, чтобы затем самостоятельно ограждаться от дешевой нечисти и с открытыми глазами отстаивать чистоту своего душевного дома. Это одна из наших задач, господа родители, педагоги, духовники и отцы нации. Не отворачивайтесь от этой задачи, пожалуйста.
Источник: http://www.andreytkachev.com/nashi-deti-i-informaciya-kak-ne-utonut/
(1520)